читать дальшеВсе-таки за что одно хотя бы я готова признать JCS 2000 своим безусловным фаворитом и вообще наделить эпитетом "гениально", особенно, конечно, в смысле трактовки Иуды - это переход от Superstar к Crusification, когда легкий, "демонический", навеки проклятый Иуда, чьи вопросы звучат издевкой, в миг ощущает распятие так, будто гвозди забивают в него самого, и разом пропадает вся внешняя мишура, и в той же одежде, в которой он покончил с собой, он остается стоять у креста и потом, вместе с Марией, - у тела - со слезами и этой вот мимолетной улыбкой нежности.
Если в фильме 73 и в австрийской постановке явление в Superstar похоже на видение Иисуса, то здесь этот Иуда у креста создает у меня впечатление его личного ада.
Этот момент каждый раз абсолютно вынимает мне душу. И это гениально, черт возьми.